Федеральное государственное бюджетное научное учреждение Федеральный центр образовательного законодательства
Rus|Eng  

4.5 Особенности прав, обязанностей и ответственности сторон по договору на оказание возмездных образовательных услуг

По договору на оказание возмездных услуг законодатель возложил на исполнителя дополнительное обременение – он обязан оказать услуги лично, если иное не предусмотрено договором (ст. 780 ГК РФ). Данная норма не характерна в целом для договоров на оказание «услуг в широком смысле слова». Кроме того, она существенным образом отличается от общей нормы о личном исполнении обязательства. В частности, статьей 313 ГК РФ предусмотрена возможность исполнения обязанностей по договору третьим лицом, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

Под обязанностью «оказать услуги лично» следует понимать исполнение конкретного договора без каких бы то ни было посредников, независимо от того, является ли должником гражданин или юридическое лицо1.

Любое юридическое лицо для выполнения определенных работ, оказания услуг, вытекающих из гражданско-правовых договоров, может привлечь на условиях трудового или гражданско-правового договора физическое лицо (не являющееся посредником). И это не рассматривается формой замены фигуры должника. Данная ситуация характерна для любых гражданско-правовых договоров, в том числе и для договора на оказание возмездных образовательных услуг. В частности, при недостаточном кадровом обеспечении вуз вправе привлекать почасовиков и совместителей. Согласно ГОС ВПО доля штатных преподавателей и/или штатных совместителей по общепрофессиональным дисциплинам должна составлять не менее 30 %. Следовательно, 70 % профессорско-преподавательского состава по указанным дисциплинам могут работать в вузе на условиях почасовой оплаты труда. При этом никто не рассматривает подобное привлечение кадрового состава в качестве замены должника. В то же время вуз не вправе переложить осуществление образовательной деятельности на другое юридическое лицо, даже имеющее лицензию на право реализации образовательной деятельности. Это объясняется тем, что лицензия любому образовательному учреждению выдается «под его» контингент обучающихся, «под его» материально-техническую базу и т.д. Таким образом, для договора на оказание возмездных образовательных услуг «неличное» исполнение не характерно.

Было высказано предположение, что значение личностного фактора для договора возмездного оказания услуг обусловлено нематериализованным характером деятельности по оказанию услуги и отсутствием отделимого результата, в силу которых заказчик лишен возможности контролировать ход исполнения договора (при подряде в любой момент до окончания договорных работ существует материализованный результат, который можно оценить, поэтому заказчик всегда имеет возможность получить объективную информацию о ходе выполнения договора). Для того чтобы компенсировать заказчику это ослабление контроля законодатель предусмотрел диспозитивную обязанность исполнителя лично оказать договорные услуги1. Нам же представляется, что личностный фактор по данному договору объясняется тем, что деятельность услугодателя направлена, как правило, непосредственно на личность услугополучателя. В связи с этим от конкретного исполнителя (физического лица) требуется высокий уровень профессионализма, и его замена может привести к нежелательным последствиям. Таким образом, норма о личном исполнении договора на оказание возмездных услуг вполне оправдана в тех случаях, когда в качестве исполнителя выступает физическое лицо. Если же должником является юридическое лицо, то это может лишь означать, что запрещается привлечение посредников – юридических лиц, но допускается привлечение физических лиц, не состоящих в трудовых отношениях с исполнителем.

Учитывая вышеизложенное, полагаем, что содержание ст. 780 ГК РФ требует соответствующей корректировки. В частности, редакция данной статьи может выглядеть следующим образом: «Если иное не предусмотрено договором возмездного оказания услуг и не вытекает из существа данного договора, исполнитель обязан оказать услуги лично»1.

Вопрос о личном исполнении обязательства, предусмотренном ст. 780 ГК РФ, непосредственно связан с вопросом о лично-доверительном характере отношений между исполнителем и заказчиком. М.В. Кротов, например, полагает, что обязательство по оказанию возмездных услуг не приобретает лично-доверительного характера, поскольку в отношениях заказчика и исполнителя может и не быть никакой личной связи. Главное заключается в том, что заказчика интересует не услуга как таковая, а услуга, оказываемая именно данным конкретным специалистом2. Однако следует заметить, что, во-первых, лично-доверительный характер обязательства не всегда означает наличие личной связи между контрагентами. Анализ гражданско-правовых договоров свидетельствует о том, что личное исполнение обязательства подразумевает лишь особое доверие кредитора к личности исполнителя, но не более того (см., например, ст. 770, 974, 1021 ГК РФ); во-вторых, лично-доверительный характер обязательства предполагает право сторон в любое время без объяснения причин прекратить договорные отношения (классическим примером договора с лично-доверительным характером является договор поручения); в-третьих, указание на то, что заказчика «интересует не услуга как таковая», а «услуга, оказываемая именно данным конкретным специалистом», лишено смысла. Услуга, оказываемая «именно данным конкретным специалистом» и есть то, ради чего заказчик вступает в договорные отношения. С учетом вышеизложенного представляется, что договор на оказание возмездных услуг может быть отнесен к разряду фидуциарных сделок, если в качестве исполнителя выступает физическое лицо. Если же должником является юридическое лицо, то данный договор не может носить лично-доверительного характера, так как в целях его исполнения может быть привлечено любое физическое лицо, в том числе и по гражданско-правовому договору. Данный вывод, соответственно, применим и для договора на оказание возмездных образовательных услуг.

Согласно п. 2 ст. 782 ГК РФ исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков. Данная норма в юридической литературе вызвала ряд замечаний. В частности, отмечается, что положение п. 2 ст. 782 ГК РФ является крайне спорным и лишено практической направленности. «При необоснованном отказе в заключении публичного договора должно применяться правило п. 4 ст. 445 ГК, предусматривающее понуждение к заключению подобного договора и компенсацию потерпевшему убытков по правилам ст. 15 и 393. Отсюда следует, что исполнитель, отказавшийся от исполнения договора по возмездному оказанию услуг, кроме убытков ничего не имеет и по первому требованию заказчика обязан немедленно вновь заключить данный договор. Следовательно, всякий необоснованный отказ исполнителя от выполнения указанных услуг является для него абсурдным»1. Кроме того, было обращено внимание на то, что право исполнителя на односторонний отказ от договора может в отдельных случаях повлечь для заказчика не только большие материальные издержки, моральный вред, но в ряде случаев и непоправимые последствия. Отдельные авторы в этой связи полагают, что исполнитель может воспользоваться данным правом только до начала исполнения обязательства2. В то же время высказано и иное мнение: как заказчик, так и исполнитель вправе во всякое время отказаться от договора возмездного оказания услуг1.

Вопрос об одностороннем отказе от исполнения договора возмездного оказания услуг по п. 2 ст. 782 ГК РФ был предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ. Применительно к договору на оказание платных медицинских услуг суд отметил, что правовая оценка п. 2 ст. 782 ГК РФ не может быть осуществлена без учета его взаимосвязи с иными нормами ГК РФ, а также положениями других нормативных правовых актов, регулирующих отношения по оказанию медицинской помощи и закрепляющих гарантии реализации прав граждан в данной сфере, в том числе при предоставлении платных медицинских услуг. Договор о предоставлении платных медицинских услуг согласно п. 1 ст. 426 ГК РФ признается публичным договором. В связи с этим наличие у исполнителя возможности предоставить соответствующие услуги означает и недопустимость одностороннего отказа исполнителем от исполнения обязательств по договору, если у него имеется возможность исполнить свои обязательства (предоставить лицу соответствующие услуги), поскольку в противном случае требование закона об обязательном заключении договора лишалось бы какого бы то ни было смысла и правового значения2.

На практике зачастую договор на оказание возмездных образовательных услуг содержит условие о праве вуза на расторжение договора в одностороннем порядке в случае отчисления обучающегося в связи с невыполнением учебного плана, неоплаты, просрочки оплаты образовательных услуг. Систематически МАП РФ в своих докладах «Защита прав потребителей» отмечает, что включение таких условий в договор противоречит ст.ст. 310, 450 ГК РФ. Согласно ст. 310 ГК РФ одностороннее изменение и расторжение условий договора возможно только в случаях, предусмотренных законом. Возможность установления в договоре, заключаемом с гражданином, заказывающем услуги для личных нужд, права одностороннего изменения и расторжения договора указанной статьей не предусмотрена. Вместе с тем МАП РФ отмечает, что специфика данных услуг предполагает, что получение образования в объеме, предусмотренном договором на оказание образовательных услуг, непосредственно зависит от выполнения обучающимся учебных планов. Невыполнение обучающимся учебных планов, неуспеваемость могут являться основанием для расторжения договора в одностороннем порядке по инициативе образовательного учреждения. Однако все основания расторжения договора в соответствии с положениями ст. 310 ГК РФ должны устанавливаться законом и этот вопрос также следует решить в нем.

Не известно, по какой причине МАП РФ применительно к данной ситуации не желает замечать пункт 9 ст. 16 Закона о высшем и послевузовском профессиональном образовании, которым предусмотрено, что за нарушение студентом обязанностей, предусмотренных уставом вуза и правилами его внутреннего распорядка, к нему могут быть применены дисциплинарные взыскания вплоть до отчисления из высшего учебного заведения. В уставе же вуза всегда прописывается обязанность студентов посещать занятия, своевременно выполнять учебный план. Таким образом, отчисление из вуза за невыполнение учебного плана вытекает из закона. Издание приказа об отчислении из вуза, в свою очередь, является основанием для расторжения договора на оказание возмездных образовательных услуг. Более того, здесь возможна и иная последовательность: расторжение договора за вышеуказанные правонарушения и, как следствие, издание приказа об отчислении.

Общепринято считать, что невыполнение студентом учебного плана является дисциплинарным проступком. Однако представляется, что невыполнение обучающимся учебных планов, неуспеваемость следует рассматривать и в качестве гражданско-правового нарушения. На вуз по договору на оказание возмездных образовательных услуг возлагается обязанность оказывать образовательные услуги, предусмотренные учебным планом; в свою очередь, корреспондирующей обязанностью студента является выполнение учебного плана и оплата данных услуг. Таким образом, невыполнение учебного плана является нарушением договорного обязательства, которое влечет гражданско-правовую ответственность.

Отказ от исполнения договора должником при определенных условиях возможен, кроме того, по ст. 310 и ст. 450 ГК РФ. Согласно п. 3 ст. 450 ГК РФ односторонний отказ от исполнения договора полностью или частично возможен, если он допускается законом или соглашением сторон. В комментарии к первой части ГК РФ подчеркнуто, что п. 3 ст. 450 ГК РФ является специальной нормой по отношению к ст. 310 ГК РФ и она применяется к отношениям с участием любых субъектов гражданского права, а не только субъектов предпринимательской деятельности1. Данное замечание нам представляется совершенно справедливым. И оно расширяет состав оснований расторжения договора на оказание возмездных образовательных услуг по инициативе вуза.

Полагаем, что к указанному основанию расторжения договора – невыполнение учебного плана, правила п. 2 ст. 782 ГК РФ неприменимы. В данной норме предусмотрено право исполнителя на односторонний отказ от договора лишь при условии полного возмещения заказчику убытков. А из этого следует, что отказ от договора не связан с виновным поведением заказчика.

По спорам о расторжении договора на оказание возмездных образовательных услуг по инициативе исполнителя в связи с академической неуспеваемостью обучающегося судебная практика складывается однозначно: суды признают право образовательных учреждений на односторонний отказ от договора. Однако нередко право образовательного учреждения на односторонний отказ от договора при наличии академической задолженности суды обосновывают не только положениями ст. 310 ГК РФ, но и п. 2 ст. 782 ГК РФ1.

Отдельные авторы рассматривают отчисление студента из вуза в качестве ограничения конституционного права на образование. Другие считают, что отчисление студента из вуза по любому основанию есть нарушение конституционного права только в том случае, если речь не идет о договоре платного образования2. На наш взгляд, в данном случае имеет место не ограничение права на образование, а ответственность обучающегося за неисполнение принятых им на себя в добровольном порядке правил обучения. Кроме того, согласно ст. 43 Конституции РФ обязательно только основное общее образование. Профессиональное же образование в силу субъективных причин не каждое лицо в состоянии осилить. Поэтому, если обучающийся не может сдать экзамен, зачет, – он должен быть отчислен из вуза, так как к итоговым аттестационным испытаниям допускаются только лица, успешно завершившие в полном объеме освоение основной образовательной программы по направлению подготовки (специальности) высшего профессионального образования, разработанной вузом в соответствии с требованиями государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования3.

В договор на оказание возмездных образовательных услуг, кроме того, иногда включают условие, предоставляющее образовательному учреждению право в одностороннем порядке расторгнуть договор в случае нарушения студентом правил поведения и проживания в общежитии. Полагаем, что подобное условие не вписывается в рамки гражданско-правового договора. Указанные правонарушения являются дисциплинарными проступками, за которые в соответствии с п. 9 ст. 16 Закона о высшем и послевузовском профессиональном образовании к обучающемуся могут быть применены дисциплинарные взыскания вплоть до отчисления из вуза. Основанием же расторжения договора будет являться приказ об отчислении из вуза (при условии включения данного основания расторжения договора в договор на оказание возмездных образовательных услуг).

Правом на отказ от договора на оказание возмездных услуг наделен не только исполнитель, но и заказчик. Согласно п. 1 ст. 782 ГК РФ он вправе отказаться от исполнения договора лишь при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. На наш взгляд, п. 1 ст. 782 ГК РФ конкурирует с п. 2 ст. 781 ГК РФ. И хотя ст. 781 ГК РФ обозначена как «Оплата услуг», в пунктах 1 и 2 речь идет совершенно об ином – о невозможности исполнения договора и последствиях данной невозможности. В частности, пунктом 2 ст. 781 ГК РФ предусмотрено, что в случае невозможности исполнения, возникшей по вине заказчика, услуги подлежат оплате в полном объеме, если иное не предусмотрено законом или договором возмездного оказания услуг. Невозможность исполнения договора предполагает его прекращение. Таким образом, при расторжении договора по пункту 1 ст. 782 ГК РФ заказчик обязан оплатить исполнителю фактически понесенные им расходы; при прекращении договора по п. 2 ст. 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить услуги в полном объеме, если иное не предусмотрено законом или договором возмездного оказания услуг.

На наш взгляд, если студенты в установленные сроки не прошли испытания промежуточной аттестации и в связи с этим договор подлежит расторжению, то по правилам п. 2 ст. 781 ГК РФ услуги должны подлежать оплате в полном объеме, так как невозможность исполнения обязательства возникла по вине обучающегося. «Полный объем» предполагает цену договора за весь период обучения. Представляется, что предусмотренное п. 2 ст. 781 ГК РФ последствие слишком жесткое и не учитывает специфики предмета отдельных видов договорных обязательств, срока договора. В то же время нельзя не учитывать и интересы исполнителя. При осуществлении набора студентов на первый курс и заключении договоров на оказание возмездных образовательных услуг вуз руководствуется, в том числе, и финансовыми показателями. Он (вуз) заранее просчитывает, при каком количестве студентов, оплативших свое обучение, осуществление образовательной деятельности будет рентабельным. Если же в процессе обучения обучающийся подлежит отчислению по причине неуспеваемости, то у вуза могут возникнуть финансовые проблемы. Других контрактных студентов, как правило, на освобожденное место он уже не сможет принять, а свободных денежных средств у вуза нет, так как средства, получаемые за счет осуществления возмездной образовательной деятельности, направляются, в том числе, и на решение задач, не в полном объеме покрываемых за счет бюджетных средств. В связи с этим полагаем, что применительно к данной ситуации в законе должна быть предусмотрена специальная норма, одновременно отвечающая интересам и обучающегося и вуза.

Если отказ от договора по инициативе обучающегося не связан с нарушением учебной дисциплины, то в этом случае применимы последствия, предусмотренные п. 1 ст. 782 ГК РФ. Редакция п. 1 ст. 782 ГК РФ вызвала дискуссию: подразумевается ли под «фактически понесенными расходами» и цена частично оказанной услуги. Мнения авторов разделились. Одни полагают, что частично выполненные услуги должны быть оплачены, обратное будет противоречить эквивалентно-возмездной сущности гражданских правоотношений и правовой природе договора возмездного оказания услуг1. Иные авторы высказывают прямо противоположное мнение2. Мы же полностью поддерживаем первую точку зрения, так как она в полной мере согласуется с принципом разумности и справедливости, являющимся основополагающим для гражданского законодательства. Кроме того, обязанность по оплате части цены, пропорционально части оказанной услуги, прямо предусмотрена в ст. 32 Закона о защите прав потребителей.

Договор на оказание возмездных образовательных услуг в ряде случаев содержит условие о невозврате сумм, уплаченных за образовательные услуги, либо о возврате их со значительными удержаниями при отказе от исполнения договора по инициативе потребителя. МАП РФ неоднократно обращал внимание на то, что это является нарушением прав потребителей образовательных услуг. Точка зрения ведомства в полной мере воспринята на местах подчиненными структурами1. Наше понимание данной ситуации изложено выше.

В ст. 781 ГК РФ не оговорена ситуация, когда невозможность исполнения возникла по вине самого исполнителя. Представляется, что в этом случае, если иное не предусмотрено законом или договором, он утрачивает право на получение вознаграждения за оказанные услуги. Кроме того, к нему возможно применение санкций, предусмотренных главой 25 ГК РФ.

За неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, вытекающих из договора на оказание возмездных образовательных услуг, стороны могут быть привлечены к ответственности. В Законах об образовании и о высшем и послевузовском профессиональном образовании лишь самым поверхностным образом затрагиваются вопросы, касающиеся ответственности образовательного учреждения и студентов. Более того, нормы данных законов об ответственности образовательного учреждения носят в целом декларативный характер.

Договор на оказание возмездных образовательных услуг является нетипичным гражданско-правовым договором, в силу этого к нему применимы положения об ответственности, предусмотренные гражданским и образовательным законодательством.

В соответствии с п. 9 ст. 16 Закона о высшем и послевузовском профессиональном образовании к студентам могут быть применены дисциплинарные взыскания вплоть до отчисления из вуза за нарушение обязанностей, вытекающих из Устава и правил внутреннего распорядка вуза. Уставы вузов конкретизируют обязанности студентов в период обучения. Так, например, в соответствии с п. 4.2 Устава Южно-Уральского государственного университета студенты обязаны: выполнять положения Устава, правил внутреннего распорядка Университета и правил проживания в общежитии; выполнять во время обучения требования образовательной программы высшего профессионального образования по избранной специальности; сдавать зачеты и экзамены в установленные сроки, ликвидировать академическую задолженность в сроки, установленные деканатом; постоянно стремиться к повышению общей культуры, нравственному и физическому совершенству, хранить и приумножать лучшие традиции Университета; бережно относиться к учебному и другому имуществу; посещать все занятия, предусмотренные расписанием. Если соответствующие обязанности студентов закреплены в договоре, то в случае их нарушения к студенту могут быть применены меры гражданско-правовой ответственности; если не закреплены – меры дисциплинарного взыскания в административном порядке. Из перечисленных в Уставе обязанностей студентов в договор могут быть включены только те из них, которые непосредственно связаны с образовательным процессом: выполнять во время обучения требования образовательной программы высшего профессионального образования по избранной специальности; сдавать зачеты и экзамены в установленные сроки, ликвидировать академическую задолженность в сроки, установленные деканатом; посещать все занятия, предусмотренные расписанием.

При совершении студентом правонарушения, ответственность за которое предусмотрена одновременно и Уставом и договором (например, пропуск занятий, невыполнение учебного плана и т.д.), вуз самостоятельно выбирает вид юридической ответственности, подлежащий применению к студенту.

В Уставе Пермского государственного университета более детализированы основания ответственности студентов, а также указана конкретная мера ответственности за невыполнение ими своих обязанностей – отчисление из вуза. К основаниям ответственности отнесено и невыполнение условий договора на оказание возмездных образовательных услуг (п. 25).

Как правило, Уставы вузов и договоры на оказание возмездных образовательных услуг не предусматривают основания ответственности вуза за неисполнение либо ненадлежащее исполнение им договора. На наш взгляд, к ним следует отнести: 1) методическая и научная несостоятельность профессорско-преподавательского состава; 2) замена педагогического состава ниже той квалификации и образовательного уровня, которые установлены при заключении договора; 3) отмена установленных учебным планом и расписанием занятий; 4) сокращение времени обучения и содержания учебных программ; 5) замена занятий; 6) нарушение требований ГОС ВПО при осуществлении образовательной деятельности; 7) приостановление образовательной деятельности в связи с отзывом лицензии; 8) лишение государственной аккредитации; 9) ликвидация по решению суда при осуществлении образовательной деятельности без лицензии и т.д.

Перечисленные основания ответственности условно можно объединить фразой: некачественное образование.

Вопрос о качестве образования необходимо подразделить на три аспекта: 1) выявление элементов качества образования; 2) выявление механизма определения качества образования; 3) установление мер ответственности за некачественное образование.

«Качество» – категория философская. Общепринято считать, что первым исследователем этой дефиниции является греческий философ Аристотель. Он утверждал, что качество есть то, благодаря чему предмет называется таким-то. В толковом словаре русского языка «качество» раскрывается как наличие существенных признаков, свойств, особенностей, отличающих один предмет или явление от других; то или иное свойство, достоинство, степень пригодности кого-чего-нибудь1. ГОСТ Р 50646-94 «Услуги населению. Термины и определения» определяет качество услуги как совокупность характеристик, определяющих ее способность удовлетворять установленные или предполагаемые потребности потребителя.

Качество образования является предметом исследования разных отраслей знаний: педагогики, социологии, философии, юриспруденции и др. Представители данных отраслей знаний рассматривают эту проблему в специфическом ракурсе, свойственном предмету соответствующей отрасли. Так, одни авторы делают акцент на способы определения качества образования и рассматривают данный вопрос как сугубо управленческий, связывая его с процессом обеспечения, механизмами и факторами повышения качества образования в вузах2; другие предлагают сосредоточиться на проблемах качества организации учебного процесса и качестве его научно-методического, информационного, кадрового, материально-технического обеспечения3; третьи рассматривают качество образования как социальную категорию, определяющую состояние и результативность процесса образования в обществе, его соответствие потребностям и ожиданиям различных социальных групп в развитии и формировании гражданских, бытовых и профессиональных компетенций личности4; отдельные авторы под качеством образования понимают соотношение цели и результата образования, меру достижения цели5; ряд авторов видит улучшение качества образования в повышении требований к квалификации учительских и преподавательских кадров, объективную оценку их труда, разработку и введение в действие эффективных механизмов стимулирования их деятельности и поднятии общественного статуса, внедрения в учебный процесс инновационных методов обучения и новых информационных технологий1; отдельные специалисты считают, что качество образования определяется не только количеством и качеством знаний, но и качеством личностного, духовного, гражданского развития подрастающих поколений. И именно в этом они видят его главную ценность2.

Приведенный перечень подходов к определению качества образования не является исчерпывающим3и свидетельствует о многоаспектности исследуемого вопроса. А.И. Вроейнстийн, голландский специалист в области образования, свыше пяти лет исследовавший проблемы качества образования, следующим образом сформулировал свое отношение к данной проблеме: «качество образования» оценивается разными субъектами сообразно своим воззрениям. Например, работодатели, говоря о качестве, будут ссылаться на знания, навыки, умения, приобретенные студентами за период обучения. С точки зрения обучающегося качество образования связано с вкладом в индивидуальное развитие студента и подготовкой для занятия соответствующего места в обществе. Преподаватель определяет качество хорошей академической подготовкой студента, основанной на эффективном применении знаний, наличии хорошей обучающей среды и тесной связи между обучением и исследованиями.

Взгляд на качество также определяется объективным представлением о высшем образовании. Воспринимается ли высшее образование как инструмент создания квалифицированной рабочей силы или как подготовительная база для исследовательской карьеры? Воспринимается ли высшее образование как результат эффективного использования полученных знаний или это дополнительный шанс роста жизненного благополучия? На основании изложенного автор приходит к мысли, что качество образования представляет собой многогранное понятие и что целесообразнее говорить о разных аспектах качества1.

Аналогичной точки зрения придерживаются и иные ученые2.

Вывод о многомерности качества образования находит свое подтверждение в международном акте – Всемирной Декларации о высшем образовании для XXΙ века: подходы и практические меры3, в которой подчеркнуто, что качество в сфере высшего образования является многомерной концепцией, которая должна охватывать все его функции и виды деятельности: учебные и академические программы, научные исследования и стипендии, укомплектование кадрами, учащихся, здания, материально-техническую базу, оборудование, работу на благо общества и академическую среду.

Таким образом, качество образования может быть определено только через качество его элементов: образовательного процесса и результата обучения. Последние, в свою очередь, также представляют собой многоаспектные явления, и их качество также может быть оценено только через их составляющие. Например, образовательный процесс может быть представлен такими компонентами, как управление образовательным процессом, учебно-методическое обеспечение, организация производственной практики, наличие компьютерных классов и комфортных для проведения занятий аудиторий, профессиональная деятельность профессорско-преподавательского состава и т.д. Качество результата обучения, в свою очередь, может быть представлено в виде соответствия полученных знаний, умений, навыков требованиям ГОС, запросам работодателей, мироощущениям самого обучающегося.

Условие о качестве услуг не является существенным условием гражданско-правового договора, оно в самом общем виде вытекает из ст. 309 ГК РФ. Кроме того, оно может вытекать из условий договора, обязательных требований государственных стандартов, обычно предъявляемых требований к соответствующим услугам с учетом предмета договора возмездного оказания услуг, понятий «категория», «класс», «разряд» и т.п., отражающими уровень обслуживания, нормативных и иных документов или определяться обычаем1. Определенные требования к качеству образовательных услуг закреплены в ГОС ВПО; договоры на оказание возмездных образовательных услуг условия о качестве образовательных услуг и критерии качества услуг не содержат.

Что касается механизмов выявления соответствия элементов образовательного процесса требованиям качества, то они установлены только в отношении отдельных элементов образовательного процесса. К ним следует отнести: лицензирование (установление соответствия условий осуществления образовательного процесса, предлагаемых образовательным учреждением, государственным и местным требованиям в части строительных норм и правил, санитарных и гигиенических норм, охраны здоровья обучающихся, воспитанников и работников образовательных учреждений, оборудования учебных помещений, оснащенности учебного процесса, образовательного ценза педагогических работников и укомплектованности штатов); аттестация1(установление соответствия содержания, уровня и качества подготовки выпускников образовательного учреждения требованиям государственных образовательных стандартов); аккредитация (установление соответствия содержания и качества подготовки выпускников требованиям государственных образовательных стандартов). Вне поля контроля осталась одна из важнейших составляющих качества образовательного процесса – качество осуществления образовательной деятельности профессорско-преподавательским составом.

В плане сравнения механизмов определения качества услуг обратимся к институтам, через которые определяется качество продукции, товаров и услуг (не относящихся к образовательным). Их качеством можно управлять через процедуры стандартизации и сертификации. Стандартизация – деятельность по установлению правил и характеристик в целях их добровольного многократного использования, направленная на достижение упорядоченности в сферах производства и обращения продукции и повышение конкурентоспособности продукции, работ или услуг (ст. 2 Закона «О техническом регулировании»). В процессе стандартизации вырабатываются нормы, правила, требования, характеристики, касающиеся объекта стандартизации, оформляемые в виде нормативного документа. К таковым относятся стандарты РФ и международные стандарты. В настоящее время в РФ разработаны стандарты услуг в сфере туризма, торговли, общественного питания, автосервиса, транспортных услуг и т.д. Государственные образовательные стандарты не сопоставимы со стандартами в вышеуказанных сферах (в Законе «О техническом регулировании» прямо подчеркнуто, что данный закон не распространяется на государственные образовательные стандарты). В настоящее время активно обсуждается вопрос о распространении на образование международных стандартов серии ΙSО 90001(российский вариант ГОСТ Р ИСО–9000). Это обусловлено тем, что в 1995 г. вступило в силу Генеральное соглашение о торговле услугами (CATS), которое касается практически всех видов услуг, являющихся предметом международной торговли. Всемирная торговая организация относит положения данного Соглашения к широкому спектру обслуживающих отраслей экономики: банковскому делу, страхованию, туризму, архитектуре и проектированию, телекоммуникации, бухгалтерскому учету, консультированию по различным вопросам, транспорту и многим другим услугам. Подписавшие Соглашение страны должны выполнять и определенные обязанности. Прежде всего, это касается стандартизации услуг и гармонизации национальных стандартов, чтобы нормативные документы не стали препятствием для повышения качества услуг и не превратились бы в технические барьеры2.

Вопрос о включении общественных услуг, в том числе образовательных, в процесс либерализации должен был решиться к 1 января 2005 г. Посредством данной либерализации предполагается возможным участие образовательных систем в мировой торговле образовательными услугами. Против планов Всемирной торговой организации о включении образовательных услуг в сферу действияCATSвыступили как представители академического сообщества, так и отдельные государства. Говорят, когда министры экономики стран Евросоюза принимали решение о включении образовательных услуг в процесс либерализации, министры образования отсутствовали, и с их мнением на этот счет никто не посчитался3.

Достичь прогресса в этом направлении трудно в силу того, что образование ограничено рамками национальных государств, а попытки либерализации могут быть восприняты как нарушение суверенитета, экономической безопасности и культурной целостности нации1. По мнению Великобритании включение образовательных услуг в сферу действияCATSприведет к дальнейшей приватизации общественных услуг, поскольку соглашение предусматривает сокращение и отмену государственного субсидирования данных услуг и поддерживает привлечение иностранных фирм к выполнению общественных услуг по контракту. Данные доводы представляются не совсем убедительными, так какCATSнаправлено на уничтожение многих ограничений конкуренции в сфере образования. Как отмечают В.П. Тихомиров и Н.И. Максюкова, соглашение должно обязать национальные правительства прекратить защищать государственный сектор высшего образования. Сейчас, например, в Великобритании советы по финансированию высшего образования финансируют только государственные университеты, а частные – отечественные или иностранные – лишены права на получение этих средств. Это создает несправедливые условия конкуренции, против которого направленоCATS2.

Сертификация – это процедура подтверждения соответствия результата производственной деятельности, товара, услуги нормативным требованиям, посредством которой третья сторона документально удостоверяет, что продукция, работа (процесс) или услуга соответствует законным требованиям3. В соответствии со ст. 20 Закона «О техническом регулировании» подтверждение соответствия может осуществляться в обязательном и добровольном порядке. Объектом обязательного подтверждения соответствия может быть только продукция, выпускаемая на территории РФ (ст. 23 Закона «О техническом регулировании»).

Анализ ГОСТ Р, ИСО – 9000, норм Закона «О техническом регулировании» приводит к выводу о том, что образование – это особая сфера общественных услуг и здесь стандартизация и сертификация в вышеуказанном смысле не приемлемы.

Что касается мер ответственности вуза, то образовательное законодательство практически обходит данный вопрос молчанием, за исключением одной ситуации. В частности, в ст. 38 Закона об образовании предусмотрено, что государственная аттестационная служба на основании решения общего собрания обучающихся образовательного учреждения или официального представления государственной службы занятости населения может направить образовательному учреждению, имеющему государственную аккредитацию, рекламацию на качество образования и (или) несоответствие образования требованиям соответствующего государственного образовательного стандарта. Данная рекламация является основанием для предъявления государством в лице уполномоченных государственных органов управления образованием иска по возмещению дополнительных затрат на переподготовку этих выпускников в других образовательных учреждениях (ст. 49 Закона об образовании). Содержание указанных норм вызывает определенные замечания. Прежде всего, Закон об образовании предусмотрел право государства требовать возмещения вреда за переподготовку выпускников в других образовательных учреждениях, но изначально не закрепил право самого студента требовать переподготовки и осуществления выбора им образовательного учреждения; во-вторых, не предусмотрен механизм перевода студентов в другое образовательное учреждение; в-третьих, иск по возмещению дополнительных затрат на переподготовку выпускников может быть предъявлен государством только к негосударственному образовательному учреждению (предъявление государством иска к государственному образовательному учреждению означало бы предъявление иска к самому себе); в-четвертых, не понятно, почему рекламация и иск могут быть предъявлены только к образовательному учреждению, имеющему государственную аккредитацию. Студенты образовательных организаций иных организационно-правовых форм, образовательных учреждений, не имеющих государственной аккредитации, оказались беззащитными в данной ситуации. Представляется, что государство обязано в равной мере защищать обучающихся любой образовательной организации вне зависимости от вида организационно-правовой формы вуза, а также от того, имеет ли данная организация государственную аккредитацию или нет.

Требования по поводу некачественного образования могут быть предъявлены и обучающимися на основании ст.ст. 723, 739 ГК РФ и ст. 29 Закона о защите прав потребителей. Меры ответственности будут зависеть от вида недостатка: законодатель классифицирует их на обычные и существенные.

Пока на законодательном уровне не будут закреплены критерии качества образовательной услуги, установлен механизм ее определения и размер ответственности, – удовлетворение исков по поводу некачественного образования – маловероятный факт. Привлечь вуз к ответственности за некачественное образование возможно только в том случае, если она (ответственность) предусмотрена договором на оказание возмездных образовательных услуг. Данный договор относится к категории договоров присоединения и в связи с этим обучающийся не вправе настаивать на включение в него каких-либо условий. Поэтому в целях защиты прав и интересов студентов основания и меры ответственности вуза в обязательном порядке должны быть конкретизированы в образовательном законодательстве.

Как выше было сказано, деятельность вуза по предоставлению возмездных образовательных услуг по своей сути является предпринимательской деятельностью. В связи с этим за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора на оказание возмездных образовательных услуг вуз должен нести гражданско-правовую ответственность как предприниматель. Кроме возмещения имущественного вреда вуз обязан компенсировать потребителю образовательных услуг и причиненный моральный вред по правилам ст. 15 Закона о защите прав потребителей, т.е. при наличии вины вуза1.

Проблемы, возникающие в ходе заключения и исполнения договора на оказание возмездных образовательных услуг, обусловили появление предложения о введении новой шестой главы в Законе о высшем и послевузовском профессиональном образовании, посвященной платной образовательной деятельности. В ней предлагается систематизировать все виды образовательных услуг, закрепить права, обязанности и ответственность сторон по договору на оказание возмездных образовательных услуг2. С одной стороны, данное предложение весьма заманчиво. Однако договор на оказание возмездных образовательных услуг является нетипичным гражданско-правовым договором, с преобладанием гражданско-правовых начал, и включать его в отраслевой образовательный правовой акт было бы ошибочным. Такое «перетаскивание» гражданско-правовых институтов может самым негативным образом отразиться на целостности ГК РФ. На наш взгляд, на период осмысления договора на оказание возмездных образовательных услуг на практике и наработки теории особенности данного договора должны быть детально конкретизированы в Правилах оказания платных образовательных услуг, утверждаемых Правительством РФ (т.е. в действующие в настоящий период Правила оказания платных образовательных услуг от 5.07.2001 г. необходимо внести изменении и дополнения). По мере же накопления теоретического и фактического материала данному договору в ГК РФ должна быть посвящена специальная глава.